( Must have )

 

Средь холмов от моря близко - крепость странная на вид,
Здесь обитель францисканцев память о былом хранит.
Их патрон отцом вдруг крестным городу чужому стал, -
Ангел ликом здесь чудесным с ветвью золотой сиял.
Древние гербы, трофеи безвозвратно сметены,
Флаг чужой парит здесь, рея над камнями старины.
Бреши и рубцы осады, на стенах их много тут,
Только на мгновенье взгляды любопытных привлекут.
Нить чудесно-золотую лишь любовь вплести могла
В ткань суровую, простую, - та любовь не умерла.
Лишь любовь та неизменно оживляет и сейчас
Эти сумрачные стены, - слушайте о ней рассказ. ( Read more... )

Искала эту поэму не один год. Если бы не интернет, так и не нашла бы: в книжных магазинах и библиотеках о Брете Гарте в лучшем случае слышали :( Кто тут еще за копирайт?

Н. Стивенсон - "Зодиак" - хорош. Попроще и подинамичнее, чем "Барочный цикл". Фантастика в минимуме. На триллер не тянет, и это хорошо, зато экологии во всех видах предостаточно. Слегка покоробила излишняя физиологичность, в частности - в описании симптомов отравления, но я вообще брезгливая. Перевод у человека, не видевшего оригинальный текст, возмущения не вызывает. Удивил один только момент: переводчик таки всерьез рассчитывает, что все, читающие Стивенсона, читали также и Хеллера?

Ю. Качаев - "И гневается океан..." - жизнь Николая Резанова настолько новеллизабельна, что литературных ее версий возникло в разное время великое множество. "И гневается океан..." - одна из многих. Особых достоинств не имеет, как, впрочем, и особых недостатков. Поучительная поделка "для среднего и старшего школьного возраста". Содержит в изобилии то, что я очень не люблю в биографических произведениях - якобы "мысли" героев.

Н. Гейман, Т. Пратчетт - "Добрые предзнаменования" - по-настоящему добрая, умная и смешная книга. То, что должно называться "юмористической фантастикой" вместо того, что называется так сейчас. Больше Пратчетт, чем Гейман. Переводчика повесить на осине.

А. Коростелева - "Повседневная жизнь Лиувилля аль-Джаззара", "Ловушка для снов", "Сказание о Меджекивисе" - Первое - серия слабо связанных между собой набросков, в некоторых сюжет отсутствует, зато присутствует ненавязчивый юмор и хороший язык. Надеюсь, когда-нибудь автор сподобится сваять из этого полноценное произведение. Второе и третье - сумбурный коллаж: происхождение некоторых элементов угадывается, других - не вполне ясно, третьих - темно и загадочно. Все вместе вроде складывается в осмысленную картинку, но в очень уж лоскутную. Впрочем, юмор и язык по-прежнему на месте.

С. Лем - "Сумма технологии" - ниасилила. В смысле прочитать прочитала, но смысл опуса от меня ускользает. Не понимаю, для чего это было написано. Не понимаю, для кого это было написано. Для беллетристики - слишком тяжеловесно, для публицистики - слишком ненаучно. Для среднестатистического читателя - слишком много "наукообразности" (не все, пардон, имеют математическое образование, а в гуманитарных вузах и тем более в школе такого не преподают), для специалиста... ну, не мне судить о достоинствах кибернетических и эволюцирнных теорий автора, а вот его рассуждения о языке более чем поверхностны. Конечно, Лем - гений, но... видимо чего-то я в этой жизни не понимаю :(

Л. Астахова, Я. Горшкова - "НЧЧК: Командировка, Теория заговора" - судя по всему, авторы прислушались к гласу народа и попытались таки сотворить "что-то приличное". Смысла стало чуть больше, откровенных языковых ляпов и ссылок на все и вся - чуть меньше, поводов посмеяться, к сожалению, тоже. Тупость ГГ-в зашкаливает. Если первая книга, несмотря ни на что, годилась как антидепрессант, то вторая и третья меня в этом смысле разочаровали. Во всех остальных - тоже.

Б. Грабал - "Я обслуговував англійського короля" - на этот раз в переводе Ю. Винничука. Чешский сюр, поначалу успешно маскирующийся под реализм. Не без юмора. В общем, настроение поднимает.

В. Пелевин - "Пространство Фридмана" - Пелевин есть Пелевин. Психоделично. Если вдуматься - мозги выносит, поэтому лучше не вдумываться.

Р.М. Рильке - "Победивший Дракона" - красивая и грустная притча.

Л. Астахова, Я. Горшкова - "НЧЧК. Дело рыжих" - анекдот, причем анекдот "для посвященных". Смешно и одноразово, упреки по поводу  языка и убогой стилистике бессмысленны, ибо и не претендует. Не увлекайся так авторы ссылками на все прочитанные книги и просмотренные фильмы, и поработай немного над языком - могло бы выйти что-то приличное. Но не вышло.

Бедная в этом году до безобразия, и на книги, и на события. Не то кризис влияет, не то эпидемия. Из фантастики - Стефани Майер и "наш ответ Гарри Поттеру"  под названием не помню каким. Новинок - раз два и обчелся. В списке покупок из нового только "Флешка 2GB" Издрика, остальное - не то что переиздания, а просто раритеты какие-то, чуть ли не девяностых годов. Похоже, издательства вывезли все, что завалялось на складах, в надежде, что кто-нибудь да купит. Покупают, разумеется, такие как я - недокупившие в свое время. Но отсутствие новых книг производит скверное впечатление. 

А. Парфенова - "Совенок" - совершенно очаровательный рассказ "из истории Лаэссэ" и, что особо порадовало, без любимого автором издевательства над героями.

Х. Кортасар - "Захваченный дом", "Далекая. Дневник Евы Королы" - яркий пример того, что отличить мейнстрим от попсы, а магический реализм от фантастики не так легко, как кажется некоторым критикам. По форме - классический "шизофренический" хоррор со всеми классическими хорроровыми приемами. Поместить в какой-нибудь тематический сборник - никто и не догадается, что классика.

М. Фрай - "Вавилонский Голландец" - очередной сборник под торговой маркой "Фрай", страдающий от традиционного недуга большинства отечественных тематических сборников - отсутствия какого-либо единства, кроме чисто формального, да и то местами. То ли авторы наши - такие маленькие, но гордые птицы, которым западло писать под чужую дудку, то ли составителям не хватает энергии поставить этих гордых птицев по стойке смирно. До сих пор Фраю удавалось справляться с этой проблемой лучше, чем прочим, но и его творения далеки даже от намека на сборник, каким он должен быть - целостное по форме и по сути произведение. 
Рассказы, составляющие "Вавилонский Голландец" сами по себе хороши: есть гениальные, есть посредственные, но откровенно плохих нет ни одного (кроме рассказа Хаецкой, который лично у меня вызвал отвращение по причине: а) прогрессирующей мизантропии автора; б) откровенного подражания Свифту, который и сам - тот еще мизантроп; и в) возведенного в ...дцатую степень несоответствия духу и букве сборника), но в единое целое они не клеятся. Создается впечатление, будто часть авторов кое-как сумела договориться, что и о чем они пишут, часть не потрудилась ознакомиться с общей концепцией, а часть потрудилась, но последовать ей то ли поленилась, то ли не сочла нужным. Финального рассказа - по-настоящему финального, завершающего, подводящего итог - нет. Результат: впечатление сверно - шоб було - сложенной мозаики.

Ассоциативный флешмоб, подхваченный у elvit
Правила: Я называю 5 слов, с которыми вы у меня ассоциируетесь, а вы пишете у себя в ЖЖ о том, как каждое из этих слов отражается в вашей реальной жизни. А в комментах к этой записи - 5 ассоциаций про меня.
Мне достались следующие:

1) Фотоаппарат - ну да, у меня есть Очень Большой Фотоаппарат, с которым я ношусь, как дурень с писаной торбой, но обращаться так толком и не научилась. Точнее не то чтобы не научилась, скорее просто лень. Ведь хорошая фотография требует большой работы, а мой энтузиазм иссякает в большинстве случаев на этапе "нажать на кнопочку".
2) Контрасты - не совсем понятная ассоциация. Внешность у меня самая заурядная, в одежде особых излишеств себе не позволяю, и жизнь моя далека от всякого экстрима. Правда, меня уже как-то обзывали "противоречивой личностью". Но я себя таковой не ощущаю. Правда-правда.
3) Толкиен - еще одна загадка. Из всего творческого наследия Профессора я одолела только "Хоббита", и то не без труда. Придется дочитать остальное - хотя бы для того, чтобы узнать, с чем же я ассоциируюсь :)
4) Английский язык - закономерно, я все же лингвист и почти переводчик. Английским владею не блестяще, но, пожалуй, неплохо.
5) Строгость и умеренность - присутствуют. Не сказать, чтоб я сознательно к этому стремилась, просто как-то так получается. Иногда не в меру, иногда самой надоедает жутко, но в итоге все возвращается на круги своя.

Если вдруг кто-то хочет присоединиться - отмечайтесь в комментах.

Навеянное очередными планами по деанонимизации интернета.

Я не скандальный политический комментатор и не террористка-экстремистка, не публикую в своем журнале призывов к восстанию, трип-репортов и материалов порнографического содержания, не троллю и почти не хамлю. Казалось бы - чего волноваться? А вот чего. Рассуждаю со своей бытовой, обывательской, пожалуй даже, точки зрения.

Сейчас интернет для многих (для меня в том числе) - это такая огромная отдушина, супервлаговпитывающая жилетка, многоликий и безликий собеседник, в общении с которым можно позволить себе все то, что не приветствуется в "приличном" обществе, но иногда очень хочется: похвастаться и поплакаться, устроить истерику, высказать о ком-то сугубо нелицеприятное мнение или признаться в тайной любви, выдать свои и чужие секреты, ругнуться по-матушке, наконец. Я очень не хотела бы, чтобы некоторые мои записи в ЖЖ, посты на форумах и т.д и т.п. попали на глаза некоторым моим знакомым, хотя для непосвященного в них нет ничего крамольного (кроме слова П№;%:?ц, пожалуй). 
А неанонимный интернет - это даже хуже, чем реал. В реале я худо-бедно могу скрывать определенную информацию от определенных людей, в интернете же доступ ко всей когда либо попавшей туда информации обо мне будет иметь любой, кто потрудится набрать в поиске имя-фамилию. Что автоматически приводит к ситуации "все сказанное вами может быть использовано против вас" и вынуждает общаться предельно официально. Ну и зачем оно тогда нужно, это интернет-общение?

PS Речь идет не о том, чтобы спецслужбы имели доступ к личной информации пользователей, а именно о планах - для кого-то утопических, для кого-то антиутопических - полной деанонимизации, когда любое действие в интернете вы совершаете под собственным именем и фамилией, желательно с указанием даты рождения и номера паспорта.

http://deinde.livejournal.com/176744.html
Некоторое время назад, читая новости о подобных инициативах в России, радовалась, что я живу в Украине. Теперь радоваться нечему :( 

Люблю ходить на тренировки. Там весело.
( Read more... )

Ч. де Линт - "Городские легенды" - напомнило Фрая. Уверенностью в том, что чудеса здесь, рядом, нужно только захотеть их увидеть, и что чудеса не всегда бывают добрыми, но злые чудеса - это все равно лучше, чем совсем никаких чудес. 
Подкупает обилие светлых персонажей: как среди автострад, небоскребов и мусорных куч большого города еще можно встретить фею или дриаду, так и среди всеобщей спешки и растущей отчужденности еще встречаются люди, способные распахнуть свое сердце миру и людям, и способность эта - не меньшее чудо, чем феи и дриады. Вот только встречается так же редко, как и подобает всякому уважающему себя чуду. Недаром только такие персонажи - с искоркой добра и любви - и оказывются способны прикоснуться к волшебному.
Не совсем понятно включение в сборник социальных рассказов без грамма фантастики. Ну то есть, я понимаю, почему автор их написал, но не понимаю, что они делают в этом сборнике. Вернее даже понимаю, что, но это не делает их менее чужеродными. Как-то так.
Общее вспечатление от сборника - хочу еще.

Э. Раткевич - "Превыше чести" - насквозь предсказуемый, банальный, неоригинальный рассказ. Но какой красивый! Мастерство рассказчика превращает банальность образов в архетипичность, а предсказуемость сюжетных поворотов - в сказочную логику. Одним словом - сказка и есть. Красивая. Хочу еще и много-много.
 

М. Семенова, Д. Тедеев - "Бусый Волк. Берестяная книга" - чтобы понять, о чем речь, пришлось полностью перечитать первую часть, содержание которой в памяти не отложилось совсем. Перечитала - и поняла, почему не отложилось. Рука Семеновой, конечно, чувствуется, но и рука Тедеева, к сожалению, тоже. В итоге получились "фальшивые воздушные шарики" - на вид как настоящие, а удовольствия никакого. Еще сильно портят впечатление довольно скромный объем и откровенная неоконченность книги. Некрасиво как-то :(
 

Е. Хаецкая: "Синие стрекозы Вавилона" - complete. Реалистично. Местами смешно, местами грустно, местами противно. Мир - красивый, но не до конца продуманный: Вологодская область и Джойс как-то неорганично смотрятся в Вавилоне. Герои  - что называется - живые: не очень умные, не слишком благородные, далеко не все - красивые, со своими бытовыми трагедиями, бытовой подлостью и бытовым героизмом. Манера письма - варьируется: сатира, лирика, абсурд, пафос - все вперемешку. Среди фантастических декораций вполне узнаваемы реалии современной жизни, видимой с довольно неприглядной стороны. С совсем глусной стороны, если быть точной. Читать следует, если есть желание убедиться в том, что жизнь - полное гэ, а люди вокруг - сво. Некоторые вещи менее безнадежны, чем прочие, а в рекоторых даже проскальзывает намек на то, что жизнь - не такое уж гэ, а некоторые люди ухитряются остаться не совсем уж законченными сво, но общее впечатление - мрак беспросветный и тоска. Депрессивненько. Да, и в выражениях автор тоже не стесняестся, в том числе в таких, какие на заборах пишут. Под настроение, одним словом, книга.

Е. Хаецкая: "Синие стрекозы Вавилона: Человек по имени Беда" - жостко. Впечатление двойственное. С одной стороны - люблю такие красивые и немного странные вещи. С другой - жутко не люблю вещи настолько безнадежные -  до чернушности. Отношение к героям у автора философское: ну умерли, ну в мучениях, бывает. Абсолютно антисентиментальная вещь. 

Японские народные сказки - на украинском языке, в трех томах. Засомневалась - а точно ли их переводили с японского? Количество сюжетов, в которых без труда можно узнать ряд славянских и западноевропейских сказок, поразительно. Краткий список:
- злая мачеха дает добродетельной падчерице невыполнимое/опасное задание. Благодаря собственным добродетелям и помощи добрых духов падчерица задание выполняет, мачеха наказана;
- бедняк отдает последние деньги, чтобы спасти от смерти животное, впоследствии животное помогает ему спастись от смерти/разбогатеть;
- вариант предыдущего: последние деньги/еду бедняк отдает могущественному колдуну/духу в облике нищего;
- добродетельному бедняку в руки попадает волшебная вещь, которую у него хитростью или силой отнимает злой богач. В итоге зло наказано, артефакт возвращается владельцу;
- бедняк по доброте душевной оказывает услугу добрым духам и получает щедрую награду; жадный багач пытается повторить его подвиг, но по жадности своей совершает ошибку, за что и бывает наказан;
- злой багач/царь хочет заполучить красавицу-жену бедняка, для чего дает ему невыполнимые задания. С помощью умной жены бедняк выполняет все задания;
- сверхестественное существо-оборотень приходит жить к человеку в качестве жены/дочери, но после раскрытия его нечеловеческой природы навсегда исчезает.
И таких еще много, мне сейчас лень вспоминать. К чему бы это?

А. Рейнольдс: "Инспектор в тигровой шкуре" - традиционно неудачный перевод. Автора рекомендовали как классика НФ, но данный рассказ на классику не тянет: никакая интрига, детективная составляющая примитивна, как топор, развязка нелогична и скучна. Ставить крест на авторе пока не стану: может быть, Рейнольдс просто не мастер короткой прозы. Позже попробую что-нибудь из крупной формы.

C. Лукьяненко: "Полуденный фокстрот", "Калеки" - "Фокстрот" - новое для меня, "Калеки" - перечитала по инерции. Понравилось. Не фанатка Лукьяненко, но что-то в этом есть. "Фокстрот" предсказуем и неоригинален, но все равно очарователен.

"Форум издателей во Львове" - уникальное по насыщенности культурными событиями мероприятие. Этакое единство места-времени-действия: в течении четырех  дней в историческом центре самого красивого города Украины происходит все, что может произойти там, куда стекаются несколько тысяч любителей литературы. Хаотично носятся туда-сюда разной степени организованности группы писателей, издателей, читателей, почитателей и сочувствующих, среди которых с равной вероятностью можно встретить знакомого, с которым год как не встречался, и какую-нибудь знаменитость международного масштаба. На улицах города звучит польская, белорусская, русская, английская, немецкая речь. На проезжей части пешеходов больше чем машин, причем водители последних не бибикают и не показывают факи из окна, а аккуратно лавируют в общем потоке :) А книжные магазины, театры, кафе, галереи и просто улицы становятся местом действия самых разнообразных литературных и окололитературных событий. Это не считая собственно книжной ярмарки, проходящей во дворце князей Потоцких. 
( И вот что там было )

- Розкажи мені про свою подружку, про цю, нову,
з якою ти зараз живеш. Що там зараз між вами?
- Між нами зараз повітря. Я з нею просто живу,
так як діти живуть зі своїми страхами.

Це ось те, що між нами - її химерний маршрут,
яблука і вино, усе це її протестанство,
одяг, який вона носить у торбі, мов парашут,
 і колір волосся,
                        який вона змінює,
                                                     як змінюють громадянство.

Вона постійно зникає, у неї свої ключі.
Вертається і засинає в тиші густій і свінцевій.
І я нажахано слухаю, як іноді уночі
серце її зупиняється, наче трамвай на кінцевій.

Вона зупиняє час, що вперто кудись іде,
подзенькуючи при ході порцеляновим передзвоном.
Тоді вона підстригає своє волосся руде,
як підстригають траву, доглядаючи за газоном.

Вона це якось поєднує, мовби згортає сувій,
і тоді я теж помічаю, бачу так ясно і близько
і це життя, що тече, мов туш у неї з-під вій,
і смерть, яка відступає, наче розбите військо.

Виймає мені з ладоні гострі скалки жалю,
торкається мого тіла, ніби важкого ужинку.
Ось саме тому я її і люблю,
як тільки жінка може любити жінку.